< назад                                       < главная страница                          < содержание                                    вперед >

 

 

                                                              РИММА ГЕРЛОВИНА О КУБИКАХ И ПР.

 

                                                                            ©2007, Rimma Gerlovina

                                                                                    часть вторая

 

        Говорившие на разные голоса "особи", населяющие эти метафорические объекты трехмерной поэзии, предлагали разнообразные концепты. Их своеобразие заключалось не только в необычном формальном приеме, но и в том, что этот кубический язык позволял выдвигать достаточно сложные аналитические аргументы с легкостью и естественностью, что в свою очередь провоцировало многие интеллектуальные дискуссии.

 

 

 

 Rimma Gerlovina cube Antithesis

 

 

 

 

 

 Rimma Gerlovina cube Exit into Other Dimension

 

 

                                                       Римма Герловина,  "Выход в  иное  пространство", 1974, 8 см3,

                                                       картон, ткань, бумага. Все вогнутые грани объединены одним

                                                       центральным отверстием.

 

 

     "Выход в иное пространство" написано на всех гранях, ведущих к одному и тому же невидимому центру, объединяющему все возможные входы и выходы в данном гиперкубе. Невидимая из нашего измерения и недостижимая ординарным сознанием, эта точка является перпетуальной  дверью, которая существует везде и всегда, как в пространственном, так и временном значении. Она любого размера, далеко и близко, симметрична и бесконечна - голая сингулярность. Кто может быть уверен, что эта точка безопасна? Учитывая, что макро- и микроскопические структуры взаимосвязаны, этот кубик представляет собой своего рода мини-архитектуру полиморфного воронкообразного устья иного измерения, которое может служить одновременно и заячьей норой для Алисы Льюиса Кэррола и межгалактическим мостом Эйнштейна. В этой нулевой точке материя трансформируется в нематериальную сущность; здесь витальные силы нашего измерения сублимируются в свой невидимый центр - в свою квинтэссенцию так же, как в кубике с ее субъективной проекцией  с текстом на внутренних гранях: "надо мной, передо мной, подо мной". В данном же гиперкубе она демонстрируется с помощью объективных факторов: все возможные выходы виртуально ведут в нулевое измерение, не имеющее реальной ширины, высоты и длины, где каждая точка абсолютна самой себе и вмещает в себя все предыдущее, нечто вроде тропы, ведущей туда, "не зная куда", где находится то, "не зная что". Образно говоря, сознание должно пройти через стены, потолок и пол нашего трехмерного мышления, сделать "ход интуицией".

           Многие кубики могут быть пригодны для тренировки как абстрактного мышления,  так и абстрактного чувства юмора, без которых возможность существования заячьей или точнее кротовой норы не имеет места в сознании.

 

 

 

 Rimma Gerlovina  Red Sphere

 

                                                                 Римма Герловина, "Красный шар в виде белого куба",

                                                                 1975, 8 см3, картон, ткань, бумага, акрилик.

 

 

                                                                               Вид этого куба с другой стороны:

 

 

 

 

 Rimma Gerlovina Red Cube   

 

 

 

 

                                                                                 Или такое зрительное упражнение: 

 

 

 

 Rimma Gerlovina cube

 

 

                                                              Римма Герловина, "Отверстие", 1974, 8 см3, картон,

                                                              бумага, акрилик.

 

                                                                                   Вид с другой стороны:

 

 

 Rimma Gerlovina cube

                     

 

 

Если угол зрения одного человека отличается от другого на  20, 180 или, скажем, 359 градусов, то, безусловно, на их ретине будут отражаться разные проекции мира. Сонорная иллюзия аналогична визуальной: звук, который вы отчетливо слышите, может быть недоступен другому уху.

 

 

 

Rimma Gerlovina cube with a bell

    

 

                                                         Римма Герловина, "Колокольчик", 1975, 8 см3, картон, ткань,

                                                         бумага, акрилик. Внутри куба колокольчик.

 

 

                                                      Тот же принцип сравнения приложим и к временному измерению.

 

 

 Rimma Gerlovina Clock

 

 

                                                    Римма Герловина, "Часы, с точностью до 1 часа", 1975, 33 х 33 х 8см,

                                                    картон, бумага. В часах стрелка не движется, а переставляются цифры.

 

 

      Эти лирически и в то же время аналитически поданные концепты можно было в прямом смысле потрогать - взятые же в руки,  они говорили со зрителем на более интимном языке. Кубики можно было открывать, заглядывать в отверстия, переставлять местами, составлять композиции; таким образом между зрителем и самим тактильным объектом возникал значительно больший контакт, нежели он возможен в произведении искусства или литературы, гибридом которых  и являются эти кубики.

       У одних они провоцировали тенденцию к размышлению и интеллектуализации, у других они вызывали эмоциональную реакцию, часто смех и поток шуток. Поэт Генрих Сапгир, который часто бывал у нас, однажды отдекламировал свою реакцию спонтанными стихами, из которых вспоминается строка "... сама, как кубик, размножается". Одно из его стихотворений "Вон там убили человека"  было переложено в новую концептуальную форму, которую Генрих унес с собой домой. Эта овеществленная поэма представляла собой открывающийся куб в кубе по принципу матрешки, на всех гранях которого повторялась надпись "Вон там убили человека!" В трехмерный объеме кубика возникало квадрофоническое эхо любознательной толпы, которое суммировалось последней  строкой стихотворения. На дне самого последнего маленького кубика было написано "Пойдем посмотрим на него!"

 

 

 Rimma Gerlovina with the cubes

 

                                                Римма Герловина с кубиками, Москва, 1977. В руке кубик с бесконечной

                                                замкнутой лентой с тестом " Чем дальше, тем больше". (фото Игоря

                                                Макаревича)

 

 

 Rimma Gerlovina cube Rimma Gerlovina Telescope

 

 

 

       На  этой же фотографии впереди видны кубики с  мужским портретом - это первый вариант мимической серии, построенной на эффекте неожиданного изменения эмоций, "спрятанных" на дне каждого открывающегося кубика. Второй вариант этой мимической серии был сыгран для нас с невероятной спонтанностью режиссером и актером Олегом Киселевым. Внизу приводится несколько фотографий из этой обширной серии.

 

 

                                                                                  МИМИЧЕСКАЯ СЕРИЯ

 

 

 Rimma Gerlovina cube

        

 

                                                            а                                                       б

 

                                                   фото на крышке куба                                                    фото на дне куба

 

 

 Oleg KisseliovOleg Kisseliov

 

 

 

 Oleg KisseliovOleg Kisseliov

 

 

 

 Oleg KisseliovOleg Kisseliov

 

 

 

 

 

 Rimma Gerlovina cube White Hole and Black Hole

 

 

 

                                                           Римма Герловина, "Черно-белая дыра", 1975, 8 см3, картон,

                                                           ткань, бумага.  Серый куб складывается из двух его частей.

 

 

       Ученые, которые к нам периодически  заходили как зрители в галерею, естественно были склонны к интеллектуализации кубиков-концептов. Вспоминается долгая дискуссия по поводу геометрического доказательства нелогичности лозунга о стирании граней между городом и деревней. На кубическом языке оно было представлено следующим образом: на срезанных ребрах куба на каждой его новой образовавшейся грани было написано: "Стирание граней приводит к образованию новых граней."

 

 Rimma Gerlovina cube.Obliteration of the Edges

          

 

                                                              Римма Герловина, "Стирание граней", 1974, 8 см3,

                                                              картон, ткань, бумага, акрилик.

 

 

 Rimma Gerlovina cube

            

 

                                                          Римма Герловина,"8 органов чувств", 1974, 8 см3, картон,

                                                          бумага.

 

 

        Были случаи обратной неприязненной реакции, как правило, продиктованной отсутствием интеллекта или наоборот его извращенными свойствами, а иногда просто обыкновенной завистью. К сожалению, зависть и прочие психологические недостатки у многих инкорпорированы в характере как копчик в человеческом организме, который  вечно напоминает о животном начале в homo sapiens. Один художник признался в своих воспоминаниях: "временами приходилось прятать хвостик", чем больше хвост, тем сложнее его прятать. Однако в настоящее время ни большие, ни маленькие хвосты уже можно не прятать, поскольку зло больше не требует камуфляжа.

      Звериный инстинкт в человеческой особи заставляет многих постоянно биться за свое место, которое, в их понимании, должно расширяться за счет других. Дискутировать на эту тему не имеет смысла, поскольку, чтобы преодолеть эти законы человеческой природы, в человеке априорно должна быть заложена совершенно иная природа. А пока ее нет, суждения выносятся теми же хвостатыми судьями - все среди своих. В своем жанре приказов, которые Валерий писал в течении многих лет реестрами, он дал вполне точный психологический срез русской жизни в одном предложении.

 

 

Valeriy Gerlovin, Pronouncement

 

                                                                Валерий Герловин "Русский приказ", 10.12.06

 

 

      Собственные слабости провоцируют людей выдвигать фальшивые доказательства, замалчивать и искажать факты. И если учесть еще,  что мир полон просто глупцов и карьеристов, повторяющих чужие ограниченные мысли, то рассчитывать на социальный баланс и взаимопонимание особенно не следует. Однако, это не значит, что внутренний баланс невозможен; он и является одним из предохранителей от дизбаланса социума. Эта мысль  прослеживается  не только в кубиках,но во многих наших работах, и особенно поздних, сделанных вместе и по-отдельности. Они, как правило, провоцируют людей на ту реакцию, которая соответствует степени их развития.

 

 

 

 Rimma Gerlovina

 

                                Римма Герловина, "Сердцу мило", 1975, дерево, картон, бумага, 60 х 10 х 3,1 см. Работа

                                находится в коллекции Третьяковской галереи.

 

 

 

         Кубики с различными понятиями расставляются по пяти секциям: "нет предела радости", "сердцу мило", "никакого внимания", "до добра не доведет" и "вызывает ненависть". На всех шести гранях кубиков написано одно из понятий из следующего набора:

 

Rimma Gerlovina cube poem

 

 

 

 

 

 

 Rimma Gerlovina cube poem

 

 


 

 Rimma Gerlovina cube poem

 

                                

  Римма Герловина, "Три поколения", 1975, дерево, картон, бумага, 40 х 9,1 х 3,1 см. На каждом кубике на одной стороне написано имя человека, а на остальных гранях его виды деятельности. Имена все разные, а функции людей одни и те же.  

 

 

 

        Кубическая комбинаторная поэма "Три поколения" показана в двух вариантах раскладки. В первом даны полные имена действующих лиц (например, Зиновий Павлович Седых, Лев Зиновьевич Седых, Мария Львовна Седых, одна семья обозначена одним цветом); а во втором  варианте раскладки показаны пять видов  их деятельности:

                                                      родился, завтракает, обедает, ужинает, умер.

Переворачивая кубики, зритель может варьировать деятельность данных действующих лиц в рамках необходимости, скажем, выложить монотонную картину, где все едят или спят, не взирая на лица. По мнению Шопенгауэра, человеку дана свобода выбора, но не свобода ее использовать. И в бесконечных гонках за этой свободой, человеку особенно выбирать не приходится.

 

 

< назад                                                                                                                                                                   вперед>

 Римма и Валерий Герловины концептуализм Rimma and Valery Gerlovin